«Зачем древним людям был нужен Ак-Баур?»
«Задачи, стоявшие перед древними астрономами Акбаура»
«Зодиак на картине Рериха»
«Древние созвездия Ак-Баура»
«Визирная площадка»
«Смещения земной оси или о чем нельзя было сказать больше в «Тайной Доктрине»»
«Глобальное потепление и «Письма Махатм»»
«О балансе тепла на земле»
«Гигантские черепахи, дикие лошади Пржевальского и первые фраки в Центральном Казахстане»
«В „Чураевских“ местах»

Ура.Давно мечтал зарегаться на таком сайте

Интересно узнать.

Для тех, кто интересуется древней историей, астрономией, необычными и необъяснимыми явлениями. Сам астрономический комплекс находится в 30 км от Усть-Каменогорска, в верховье ручья Акбаур у подножья горы Куржимбай. Древняя астрономическая лаборатория с сохранившимися гранитными плитами, несущие на себе информацию астросетки с изображением созвездия Большой Медведицы и площадка с нанесенной разметкой солнечных часов.

Недалеко в гранитном массиве находится грот, сохранившей на своей поверхности символы и знаки, описывающие момент приземления космического корабля в этом месте. — Алтайский Стоунхедж. До сих пор местные жители приходят сюда и приносят богам дары — кусочки мяса и жира, укладывая их в маленькие углубления в гранитных плитах. Каменные ступеньки, ведущие в грот, тоже связаны с космологической символикой — восхождением к некому вершинному миру. Среди символов грота много разнообразных крестов — знаков Солнца. Скорее всего, это карта звездного неба, какой ее видели наши предки.

Пора в дурдом
Лена вышла из стоматологической клиники, покачиваясь на тонких каблуках  и  едва сдерживая слёзы.  Опухшей от многодневных истерик голове было трудно переварить последнюю информацию.  Жизнь, вернее, то,  что она сама до недавних пор считала своей фрезерный станок с ЧПУ жизнью, разлетелась, как разбитое стекло, на множество осколков, а тут ещё и это….
День был солнечный, на веточках аккуратно подстриженных деревьев  пробивались зеленые бусинки почек, но она не замечала  ничего вокруг, куталась в шарф, как будто дул пронизывающий ветер. Дрожащими пальцами  набрала номер мобильника  и услышала холодный, с привычными четкими интонациями, голос Вероники.
– Мама, – заскулила Лена, – выслушай меня, пожалуйста….
– О, гос-споди, – выдохнули в трубке. – Ну, что опять стряслось у тебя? Алексей  не выдержал твоих выкрутасов и сбежал?
– Ма-ма, мне врач сказал, что у меня уползает лазерная трубка вся нижняя десна, парадонтоз уже запущен, дальше некуда, и всё это –  за месяц. Это из-за нервов…
– Дальше, что требуется от меня?
– Мама, выслушай, пожалуйста. Лечение будет поэтапным. Вначале мне придется резать нижнюю уздечку, то есть – рот от  уха до уха. Из-за отёка на лице я буду нетрудоспособна две недели. И главное – денег столько…
– Сколько? – по-деловому поинтересовалась Вероника.
– Ох, ну тебе бы все о деньгах. Пожалела бы, что ли, у меня и так трагедия…
– Из-за десны? Да ты просто истеричка. Я устала от тебя, понимаешь? Мне шестьдесят лет, и никто никогда не спросит, как я себя чувствую,  какие у меня проблемы. Только что мама звонила, её кладут в больницу. А тут еще и ты… Говори, сколько тебе надо денег,  и как тебе их передать.
– Ма-а-ама….
В трубке щелкнуло. Лена села на ступеньку какого-то учреждения и разревелась, как маленькая деревообрабатывающий фрезерно-гравировальный станок с ЧПУ девочка. Она выгребла из неряшливо набитой сумки помятую пачку бумаги. Письма…

Стелла и Алексей лежали в постели. На лице женщины проступала загадочная улыбка, над верхней губой блестели бисеринки пота.  Алексей словно машинально почесывал  подруге за ухом, перебирал золотистые волосы.  Вторая рука, свободная, уже нащупывала пульт от телевизора.
– Поставь то, что я принесла, – предложила женщина.
После секса они обычно смотрели фильмы, которые Стелла брала в прокате. Что-нибудь новенькое. Их киноменю было разнообразным, как и секс.
Алексей приподнялся на диване, показав  превосходный торс, который Стелла проводила одобрительным взглядом.
– Ты так изменился за этот год, – заметила она, пока китайский лазерный гравер мужчина возился с пультом.
– Да, – вздохнул он, – и Ленка вот тоже изменилась…
– Она сейчас просто не в себе. Знаешь, я думаю, что неплохо бы положить её в клинику неврозов на месяцок – другой.
– А это поможет? – уныло  отозвался Алексей.
– Поможет, – уверенно кивнула женщина. – Антидепрессанты, психотерапевтическая группа, работа с психологом, а главное… контору ей надо менять, вот что! Перейти на новое место, где никто ничего не будет знать. Ей нужно начать всё заново.
– Мне кажется, я скоро сам с ней свихнусь, – медленно произнёс Алексей. – Я делаю всё, что могу, стараюсь изо всех сил, а она… меня ненавидит. Нашла себе какого-то умника, не чета мне, он ей деревообрабатывающий фрезерно-гравировальный станок с ЧПУ мозги заливает, а она… и счастлива… То есть, была счастлива, пока я не позвонил её поклоннику, и тот не слинял в кусты.  А она теперь меня ненавидит. Для неё любовь – только этот трёп псевдокультурный! Да ты и сама всё знаешь…
– Да что я знаю-то, – Стелла пожала плечами. – Только то, что от тебя слышу.
В действительности, знала Стелла довольно многое, всё-таки они с Ленкой были лучшими подругами.  И в историю взаимоотношений Лены и её любовника, Станислава,  Стелла была посвящена  лучше, чем кто-либо другой.
Она не раз и не два прикрывала  Ленку, когда та удирала по очередным «делам», а однажды невзначай спросила:
– Ленка, у тебя ведь любовь, а что ты скажешь, если я пересплю с твоим мужем?
– Да на здоровье, – пьяно отозвалась Лена.
Подруги выпили шампанского, посмеялись и  словно фрезерно-гравировальный станок с ЧПУ для обработки камня забыли об этом разговоре.
Стелла после своего развода (основной причиной с её стороны выступало то, что муж препятствовал её личностному росту) прочно угнездилась в семье Алексея и Лены, почти как член семьи. Их дети играли вместе, женщины помогали друг другу, а вечерами вся троица, забравшись на диван, смотрела фильмы. Правда, в последнее время Лена всё реже бывала дома по вечерам…
– Надо бы тебя, Ленка, тоже в наш фитнесс – клуб запихнуть, – предложила как-то Стелла, – а то скоро совсем себя запустишь. Посмотри, как твой муж за год изменился. Похудел аж на двадцать килограмм!
– А я и так худая, и я моложе вас, – отвечала фрезерно-гравировальный станок с ЧПУ для обработки гранита подруге Лена, – а главное – некогда мне.
– Понятно, ты ведь только о нём и думаешь, – кивала Стелла. – Значит, нужно менять свою  жизнь. Разве можно век сидеть на двух стульях.
Но внезапно всё переменилось само собой…
Алексей  нажал «просмотр», налил вина Стелле и обнял подругу за плечи. Фильм был Кустурицы.

Вероника уже сложила вещи в сумку и изучала расписание электричек до Мги,  чтобы ехать к больной матери, когда снова раздался звонок:
– Мама, – почти визжала Лена, и её голос едва пробивался сквозь сильный ветер, – мама, я стою на перилах Охтинского моста!
– Какого черта ты там делаешь? Не нашлось места поближе, где можно было бы разбить свою тупую башку? – поинтересовалась Вероника ледяным тоном.
– Мама, я жить без него не могу!
– Иди расскажи об этом своему мужу, а мне некогда. Срочно надо ехать к бабушке, её кладут в больницу.
– А что с бабушкой?
– Тебя это не касается. Тебе оборудование для лезерной гравировки теперь и собственных проблем хватает.
– Мама, я брошусь!
– Делай, что хочешь, оставь детей сиротами, – отвечала Вероника, хотя ей это стоило огромного самообладания.
Она отключила связь, нашарила на столе сигареты и долго пыталась прикурить. Перед глазами расплывались  цветные круги, в висках стучало. Ей понадобилось время, чтобы привести дыхание в норму.
Через пару минут женщина уже уверенной рукой набрала телефонный номер. Мужской голос ответил ей тут же.
– Привет, козёл, – буднично поздоровалась она.
При всей неприязни Вероники к абоненту, это был сейчас единственный человек, нужный  её  дочери, замашки которой за тридцать лет она прекрасно изучила.

Не прошло и  получаса, как Лена уже сидела в машине рядом с Эдуардом, немолодым мужчиной, грузным и вальяжным.  Охтинский мост, как и истерика, остались  позади. Лена, всхлипывая, набирала на мобильнике сообщение Стелле. Свою тоску по мужчине, предательство которого толкнуло её к Охтинскому мосту для последнего прыжка, она изложила подруге в стихах.
Ответ Стеллы пришел быстро: «Мазох жив!»
– Почему именно Охтинский мост?  Панорама лучше? – лениво поинтересовался Эдуард, но ответа не удостоился.  Лена  молча ковырялась в косметичке, выуживая оттуда пудреницу и подводку для глаз. Её заплаканное, покрытое красными пятами лицо  нуждалось в коррекции.
Раздался телефонный звонок.
– Доченька, я тебя люблю, – плакала Вероника, – ты  у меня одна… Козёл забрал тебя?  Даст денег?
– Мамочка, всё будет в порядке. Ты меня прости. Что-то совсем нервы сдали. Мне ещё нужно к одному врачу, и я сразу домой, хорошо?
– Ты только смотри, не задерживайся,  – попросила Вероника, которая знала Эдуарда, как облупленного, и вообще-то была против их дружбы, но ничего не могла поделать. – Я за тебя беспокоюсь, моя дорогая.
Для беспокойства были причины.
В последнее время утро начиналось для Лены  погружением в черный мешок, а слёзы подступали к глазам даже по самому ничтожному поводу.
– Куда едем? – спросил Эдуард.
– В бистро. Где, помнишь, мы сидели…
– А деньжат сколько тебе нужно? Для меня невозможного мало, – тоном Мокия Пармёныча из «Жестокого режущий плоттер романса» произнес Эдуард.
– Ой, знаешь что… о деньгах давай потом поговорим.
Эдуард кивнул, перестраивая машину в другой ряд.
Минут через двадцать они сидели в уютной кофейне, и перед каждым на столе стояла чашечка кофе, кружка пива и коньячный бокал.
– Не многовато ли будет? – поинтересовалась Лена,  дегустируя коньяк.
– Тебе сейчас – в самый раз.
– А ты-то как за руль сядешь?
– Доедем на частнике. Ты, главное, расслабься. И выкладывай, что и как.
Лена выпила, и вдруг начала плакать, как будто кто-то открыл невидимые шлюзы её потайных глазниц. Она лазерная трубка плакала бесстыдно, не обращая внимания на любопытствующих посетителей.
– Ну, что там у тебя стряслось? – участливо спросил Эдуард, наклоняясь к девушке. – Вероника велела дать тебе денег на какую-то операцию, успокоить и отвезти домой.  Но дело ведь в чем-то ещё? Так?
Вместо ответа щелкнул замок сумочки, и на стол вывалились мятые письма. Эдуард, мгновение поколебавшись, развернул один листок, распечатку из электронной почты. Заплясали слова: «милая, мне очень больно писать тебе…»; «ситуация никогда не изменится…»; «ты – жена и мать, а я – любовник, разрушитель…». Он читал, изредка угрюмо кивая,  а Лена, уже спокойная и обмякшая, смотрела в стену, точнее, в скрытое за ней никому не ведомое пространство.
Эдуард дочитал, выпил и вынес мини микро-фрезерный станок с ЧПУ свой вердикт:
– Зато честно.
– Ты думаешь, он не вернётся?
В наступившей тишине  щелкнула зажигалка.
– Ты бы вернулся на его месте?
– Я бы – никогда.
Лена уронила голову на руки и зарыдала.
– Ну-ну… Если бы я оплакивал всех своих баб, мне бы моря слёз не хватило… Давай-ка сменим заведение, а? Что-то в этом шалмане некомильфо. Администратор без галстука и жвачку жуёт, коньяк по сто шестьдесят рэ…

Они перешли в кафе «Чайка» фрезерный станок с ЧПУ на канале  Грибоедова.  Эдуард заказал «для разгона» бутылку шампанского и два горячих блюда. Лена жевала и морщилась: у неё болела челюсть. Шампанское, падая на коньяк, расслабляло и отупляло.
– Я не знаю, как теперь жить, –  говорила она. – Сегодня, понимаешь, сделала глупость, написала ему письмо. У нас годовщина знакомства… И – ни ответа, ни привета.

Парадоксальная ситуация сложилась вокруг одного из древнейших свидетелей ранней цивилизации — урочища Ак-Баур.

Храмовый комплекс эпохи неолита входит в реестр охраняемых памятников истории и культуры. Но только на бумаге. На охрану нет денег. И, похоже, не будет. Чтобы получить финансовую поддержку, нужно провести официальные исследования. Но даже на это у областного управления культуры средств нет.

— Необходимо, чтобы, например, общественная организация, проявила инициативу и написала нам об удручающем состоянии памятника, — говорит специалист-архитектор по охране памятников историко-культурного наследия Людмила Утяшева. — Тогда мы сможем обратиться за финансовой поддержкой в областной акимат.

Создать охраняемую зону вокруг Ак-Баура мешает и то обстоятельство, что земля под памятником принадлежит местному крестьянскому хозяйству. В управлении культуры вообще не понимают, как при таком статусе земли были отданы в частные руки. Поэтому сейчас планируется провести работы по отчуждению этого участка.

Стоит отметить, что Ак-Баур вполне может претендовать на республиканский статус объекта культурного наследия. Как отмечают культурологи, Ак-Баур можно назвать родным братом Стоунхенджа — самого известного и самого загадочного храмового комплекса под открытым небом. Но для этого требуется научная основа. Выполнить исследования может Алматинский институт археологии. И опять-таки вопрос упирается в деньги.

Похоже, уникальная обсерватория первобытной эпохи обречена на бесследное исчезновение. Уже сейчас рядом с наскальными рисунками появляются варварские автографы современников. Каждый, кто бывает здесь, норовит увезти с собой кусочек Ак-Баура. В общем, пока чиновники ищут возможности, памятник растаскивают по кускам.

Анастасия КУПРИЯНОВА

Источник: газета «Мой город»
yk.kz/news/show/11071

Компания Redsail предлагает полный комплекс деревообрабатывающей машины с ЧПУ, Обрабатывающий центр с ЧПУ с автосменой инструмента, который имеет устройство автоматической смены инструмента и другие недорогие деревообрабатывающие фрезерно-гравировальные машины с ЧПУ, имеющие высокую эффективность и низкую цену

Ну, вот, кажется дождались.

с 5 июля по 15 августа в Музее искусств состоится первая в истории человечества выставка фотографий, а точнее — фотоКАРТИН, об Ак-Бауре.

Посетители будут иметь счастливую возможность увидеть Ак-Баур глазами замечательных фотохудожников Николая Топольняка и Оксаны Титовой.

Поверьте, оно того ст о ит!

2011-06-23 12:41:00 Версия для печати

Ак-Баур сберегут?

Во время своей рабочей поездки в Уланский район аким области Бердыбек Сапарбаев посетил, среди прочего, и уникальный археологический комплекс Ак-Баур, – сообщает агентство «Шыгыс-Акпарат».

Мало того что это, пожалуй, первый из руководителей области, кто там побывал – он единственный из власть предержащих, кто озаботился состоянием музея под открытым небом! В последнее время непорядочные «паломники» настолько загадили это удивительное место следами своего пребывания, даже страшно – не исчезнет ли в нашем веке то, что хранилось до нас много веков? Кто-то рисовал рядом с древними петроглифами свои каракули, кто-то просто откалывал и увозил домой куски скалы с изображениями…

Глава региона распорядился ограничить доступ к гроту Ак-Баур, разрешив его только для организованных экскурсий, закрыть карьер у подножья скалы и впоследствии обещал придать комплексу статус филиала музея.

Мария Казакова

Источник: газета «Усть-Каменогорск», yk.kz/news/show/10849

Похоже, что теперь для чтобы полюбоваться мегалитами Ак-Баура нужно будет занимать очередь с вечера. С наступлением тепла толпы любителей старины приступили к методическому уничтожению древнейшего памятника.
Маразм торжествует!

Читайте на yk.kz/news/show/10471 заметку Андрея КРАТЕНКО.

Возвращение колдунов

С наступлением весны возобновился поток паломников к восточноказахстанской святыне Ак-Баур.

Все больше казахстанцев хотят увидеть этот уникальный астро-археологический комплекс эпохи неолита. Появились здесь и любители эзотерики. Одни медитируют возле грота с древними наскальными рисунками. Другие становятся в шеренгу у подножия холма и молятся. А вдоль строя прохаживается человек в белой тюбетейке и с камчой в руке. Потом они подходят к скале с петроглифами, рассыпают горстями монеты и снова молятся, прислонившись спиной к каменной стене…

Ведущий археолог Казахстана профессор Зейнулла Самашев считает, что наскальные рисунки грота Ак-Баур могут претендовать на включение в список всемирного культурного наследия. Другие исследователи уверены, что Ак-Баур – это еще и древнейшая обсерватория. Наподобие Стонхенджа. И вот теперь здесь, где наши предки следили за звездами, отсчитывали время, современники уповают на человека с камчой. Точно и не было эпохи просвещения… Странно еще и то, что в расположенном рядом с Ак-Бауром ауле Сагыр всегда было много чародеев разных мастей. Не связано ли это с тем, что когда-то давно здесь разносились завывания шаманов, а над долиной возвышается, точно египетская пирамида, Сорокина гора? У ее подножия лежит поле мертвых, а на высоком берегу речки Урунхайки стоят таинственные курганы. Повсюду веет мистикой. И потому современные колдуны воспринимаются здесь как естественное дополнение ландшафта.

Андрей КРАТЕНКО
Источник — yk.kz/news/show/10471
2011-05-13 23:25:00

Мои поздравления создателям сайта!

В выпуске №15 (559) «Горячих Блинов со Сковородки Казнета» (http://lyakhov.kz/pancakes/11/110415.shtml) сайт Ак-Баур. Опыт познания удостоен высшего звания, получил титул Блин Казнета недели с чёрной икрой!

Цитирую:

БЛИН С ЧЁРНОЙ ИКРОЙ

Ак-Баур. Опыт познания
ak-baur.kz
Невозможно развивать внутренний и въездной туризм без двух вещей — развития инфраструктуры (визовая поддержка, транспорт, дороги, гостиницы и т. п.) и пиара достопримечательностей. Ну, почему о руинах Стоунхенджа или каменных изваяниях острова Пасхи знает весь мир, а о том, что у нас на Рудном Алтае с эпохи неолита сохранился уникальный храмовый комплекс, знают только специалисты да туристы-«дикари»?! И я полностью соглашусь с журналистом Андреем Кратенко, который пишет: «Хорошо бы сделать территорию Ак-Баура заповедником, огородить, поставить охрану, наладить уход за памятником. При грамотном менеджменте Ак-Баур мог бы приносить государству приличный туристический доход».

Конец цитаты

Информационно-просветительский портал «Lyakhov.KZ — Большая энциклопедия Казнета» в разных формах существует в Сети с 24.12.96. Основатель и главный редактор Портала, а также автор всех его тематических сайтов — алматинский веб-издатель и журналист Александр Е. Ляхов.
Портал специализируется на обзоре казахстанских интернет-ресурсов.

«Родина моих стихов, Родина моей души» (о творчестве Курдакова Евгения Васильевича)

Хороший сайт с хорошими возможностями.

Надеюсь, все задумки будут реализованы.

Большой респект создателям ресурса.